У чужого порога
Прошлой
весной, в День всех усопших и погибших, когда на кладбище схлынул людской
поток, я прошелся вдоль рядов могил. Большой деревянный крест моё внимание
«Слинко Василий Максимович. 1907-1997 гг.»― значилось на металлической
табличке. Средь кладбищенской тишины раздавался голос кукушки, да где-то в зелени
деревьев флейтой заливалась иволга.
В
моей памяти всплыло, как осенним днем у дома №27 по улице Октябрьской села
Первореченского остановился высокого роста старик. Поставив у калитки два
чемодана, он в волнении прошелся вдоль ограды несколько раз. Посмотрел на дом,
где ему, если не откажут, придется прожить остаток идущей к концу жизни.
